ЭС: Д.Н.Анучин

АНУЧИН ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ (27.08.(8.09.)1843, Санкт-Петербург – 4.06.1923, Москва), зоолог, антрополог, географ, этнограф, археолог.
 
Окончил физико-математический факультет Московского университета (1867). Ученик С.А. Усова, А.П. Богданова, Я.А. Борзёнкова.
Магистр зоологии (1881, «О некоторых аномалиях человеческого черепа и преимущественно об их распространении по расам»). Доктор географии (1889, honoris causa – без защиты диссертации).
Академик физико-математического отделения (зоология) Санкт-Петербургской АН (1896–1898, почётный член с 1898).
 
Декан (1911–1912); профессор кафедры антропологии (1919–1923), экстраординарный профессор (1888), ординарный профессор кафедры географии и этнографии (1891–1923) физико-математического факультета. Экстраординарный профессор кафедры географии и этнографии историко-филологического факультета (1884–1888). Директор Института антропологии (1921–1923).
 
В Московском университете. Основатель Антропологического музея (1883), Географического музея (1892, директор 1908–1923); Института антропологии (1922) и Института географии (1922); кафедры антропологии и кафедры географии на физико-математическом факультете (1919).
Д.Н. Анучин начал читать первый в России курс физической антропологии в зимнем семестре академического 1879/1880 г. Соответствующая кафедра антропологии была открыта на пожертвования благотворителя К.Ф. фон Мекка на физико-математическом факультете. Однако она просуществовала всего четыре года. Новый университетский устав 1884 г. исключил преподавание антропологии как самостоятельной дисциплины из системы университетского образования. Д.Н. Анучину удалось сохранить курс в качестве факультатива на кафедре географии и этнографии историко-филологического факультета, переданной в 1888/1889 гг. на физико-математический факультет. В 1907 г. Совет Московского университета принял решение учредить на физико-математическом факультете специализацию «география и антропология», но и на этот раз существование её было кратковременным – до 1912 г. Только в 1919 г., по ходатайству Д.Н. Анучина, образовалась кафедра антропологии, существующая до настоящего времени на биологическом факультете.
У Д.Н. Анучина писал выпускную работу поэт Андрей Белый:
«К зданию Исторического музея, где он помещался со своим музеем, с кабинетами (антропологическим и этнографическим), как исторический памятник; к этому зданию бегали мы на Анучина, перебежав Александровский сад, с Моховой; вот, бывало, раскроешь тяжёлую дверь: впереди ведёт лестница в пустеющий зал Этнографического музея, где и тряпками, и позументами ярко зыряне, мордва, вотяки раскричалися, выпучивши из витрин стекло глаз; что-то было здесь от “паноптикума”: неуютно; мы свёртывали в дверь направо, пред лестницей, и попадали в парницу, имеющую назначенье скорей растить персики, а не Анучина греть (старичок, вероятно, был зябкий); раздевшись в передней, совсем небольшой, попадали в теплейшую и небольшую какую-то серую комнату; стол удлинённый – посередине; вокруг него – стулья; шкафы – по стенам; на столе – или череп с прибориком для измеренья угла лицевого, иль издание редкое, пышное, собрание дочерей праматери Евы всех пяти частей света: фиджийки, зулуски, китайки, турчанки, швейцарки, француженки, но без костюма (студенты любили альбом тот рассматривать). Между шкафом и столом, перед креслом, возглавившим стол, очень маленький, очень спокойный Анучин с хроническою улыбкою вечности, с бегающими зорко глазами, плакал морщинами лба пред тремя–четырьмя обступающими его студентами, опередившими нас. Никогда я не видал уездов или приездов Анучина в это теплейшее место; всегда он здесь был, как растение, связанное с почвою, между шкафом и креслом; пошамкивал, нас ожидая, о том иль о сём со студентами, не торопясь, не сердяся, не радуясь.
Здесь он читал этнографию, антропологию и физическую географию: попросту, можно сказать, по-семейному; приходили к нему человек эдак двадцать–пятнадцать; и все умещались за длинным столом, им возглавляемым.
Он пождёт-пождёт, – и начинает читать, пошамкивающим тихим голосом, тут же стоя около кресла при шкафе и шагу не сделавши; как разговаривал, – так и читал: иногда даже трудно было понять, началася ли курсовая лекция, иль частная беседа продолжалась; так и оканчивалися лекции, продолжаясь в беседу о том и о сём; уходили: Анучин стоял в той же позе, схватяся за нос, и пришамкивал студенту; ни разу не изменилась картина; всегда он нас ждал – в этой позе и в этом же месте; всегда провожал нас глазами – от этого места; встречая позднее Анучина в разных местах, – я ужасался; в моем представленьи он содержался, как редчайший персик в своей исторической теплице».
 
Белый не стал ни географом, ни антропологом. Но учениками Д.Н. Анучина называют себя географы – А.С. Барков, Л.С. Берг, М.С. Боднарский, А.А. Борзов, Б.Ф. Добрынин, А.А. Крубер, И.С. Щукин и антропологи – Б.О. Адлер, В.В. Бунак, Б.Н. Вишневский, Б.С. Жуков, А.А. Ивановский, А.И. Куфтин, Н.А. Синельников.
 
Как первый, и бессменный на протяжении 40 лет директор Антропологического музея, Д.Н. Анучин разработал научную концепцию комплектования, основанную на идее музея как научно-вспомогательного учреждения, служащего базой для лекционного курса по антропологии. Музей подразделялся на отделы: анатомо-морфологический, палеонтолого-археологический и этнографический. Учёный использовал все возможности для пополнения коллекций, покупая экспонаты у фирм и частных лиц на ту небольшую сумму, которую выделил ему университет, и привлекая друзей и общественных деятелей.
В 1892 г. создал при кафедре Географический музей, основой которого стали обширные коллекции карт, планов, моделей, географических изданий. В советское время Географический музей вошёл в состав кафедры физикогеографии биологического факультета (1930, А.А. Борзов), затем был передан на географический факультет. Во время Великой Отечественной войны был разрушен ударом авиабомбы, попавшей в Старое здание МГУ на Моховой.
 
В тяжёлом для Московского университета 1911 г. остался работать на факультете. Подписал ходатайство министру народного просвещения об оставлении на преподавательской работе уволенного руководства университета.
Заслуженный профессор Московского университета (1906). Почётный член Московского университета (1916). Почётный член, президент Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии (1890–1923).
В 1916 г. передал в дар Научной библиотеке Московского университета часть своей книжной коллекции, состоящей из 2000 томов по географии, этнографии, истории, множества редких изданий.
 
Научная и педагогическая деятельность. В сфере научных интересов этническая антропология, антропогенез, физическая география, этнография, археология палеолита, популяризация науки. Стоял у истоков отечественных научных школ – антропологической, географической, этнографической и археологической.
«Подобно тому, как семь городов Эллады спорили за честь быть родиной Гомера, четыре российские научные дисциплины – антропология, география, археология и этнография – спорили за честь считать своим основоположником великого Анучина».
 
Работы в области антропологии посвящены этнической антропологии и этнографии айнов (1876), распределению дискретно-варьирующих признаков черепа в различных популяциях земного шара (1880), распределению длины тела мужского населения России (1889).
Работа об айнах содержит обстоятельный исторический обзор изучения группы, несущей как в своём физическом облике, так и в культуре элементы монголоидного населения Северной Азии, с одной стороны, и черты жителей южных регионов Австралии и Океании, с другой. Для своего времени работа является образцом остеологического исследования, оказавшим заметное влияние не только на развитие остеометрической методики, но и на формирование позднейших представлений о расовом значении отдельных особенностей скелета. Вопрос о генезисе айнов остается не до конца решённым и сегодня. Беспристрастно излагая различные теории происхождения айнов, Д.Н. Анучин высказывает ряд предположений, получивших дальнейшее развитие в позднейших исследованиях.
В работе, посвящённой распределению дискретно-варьирующих признаков черепа (аномалии в височной области, аномалии шва и костей в затылочной области, метопический шов), сведены вместе и проанализированы личные и литературные данные более чем о 15 тыс. черепов. По своему сравнительно-анатомическому подходу работа является первой в классической мировой антропологической литературе. Она дала импульс к изучению эпигенетических признаков скелета и черепа, интенсивно исследуемых с привлечением современных методов, а её выводы вошли в основные анатомические и антропологические руководства.
Основываясь на данных о распределении длины тела, полученные по губерниям и уездам в результате всеобщей воинской повинности (1874–1883), устанавливает центры высокорослости и низкорослости на территории Восточной Европы: два главных центра высокорослости – на юге и в Прибалтике, и два главных центра малорослости – на востоке и крайнем западе. Такие вариации длины тела находят своё объяснение в размещении в различные эпохи на территории Восточной Европы финнов и славян, расселении славянских племён и путях их колонизации, обусловивших различия в расовом составе населения отдельных районов. Работа стала инновационным для своего времени антропологическим трудом, исследовавшим факторы, определяющие географические вариации роста, различия в величине роста между отдельными территориальными и этническими группами. Учёный ввёл в научный оборот новые материалы, значительно превосходящие по охватываемой ими территории всё, что было известно ранее.
 
Большое внимание уделял проблемам, связанным с происхождением и эволюцией человека, выступая как убеждённый эволюционист и страстный пропагандист учения Дарвина, которое называл великим. В многочисленных статьях о находках ископаемых гоминид и ряде крупных работ монографического характера популяризировал эволюционное учение и пропагандировал новейшие достижения науки. Всегда отстаивал точку зрения видового единства человечества, оставаясь убеждённым моногенистом, выступая против разновидностей полигенизма. Вместе с М.А. Мензбиром и С.А. Усовым готовил к изданию и переводу на русский язык книг К. Гюнтера «Происхождение и развитие человека» (1909), В. Лехе «Человек» (1913), Г. Обермайера «Доисторический человек» (1913).
Выступая на съезде Общества русских врачей в 1902 г., Д.Н. Анучин сказал:
«В самом процессе эволюции никто теперь не сомневается, ибо он доказывается всеми данными палеонтологии, эмбриологии, сравнительной анатомии, систематики и так далее. Человек не мог избегнуть общего закона; последовательная эволюция его типа из животного указывается уже анатомическим анализом его строения и историей его эмбрионального развития, но наибольшее выяснение она может получить, конечно, из палеонтологии, из нахождения ископаемых остатков человека и его предшественников...
В будущем, по всей вероятности, отыщутся и другие остатки этих предшественников человека, но и найденных уже достаточно для того, чтобы признать, что происхождение человека относится к глубокой древности и что эволюция его типа должна была происходить в течение многих тысячелетий, даже десятков тысяч лет, через посредство ряда давно вымерших форм, связывавших его последовательно с более низкими формами в зоологической системе».
 
В рамках археологических и этно-археологических исследований описал несколько ценных археологических собраний из Костромских курганов, из Прикамья, Сибири, Новгородской области. В классических работах «О древнем луке и стрелах» (1881) и о «Принадлежностях похоронного обряда» (1890) впервые в мире применил сравнительный метод в этнологии, чем положил методическое обоснование для изучения эволюции материальной культуры.
Основной методологический принцип – «Анучинская триада» – сводится к идее единства физической антропологии, этнографии и археологии. Эта наука в будущем должна вырасти в целостную систему знания о племенах и антропологических типах, аналогичную имеющейся в науках, изучающих живую природу.
«Кроме изучения рас в сравнительно-анатомическом, биологическом и психологическом отношениях, кроме исследований первобытной истории человека, в задачи антропологии входит ещё систематическое описание племён и составление их естественной классификации. Если бы мы могли проследить физическое и психическое развитие человечества, с древнейших моментов его существования, и уяснить процесс его постепенного разветвления на значительное число, отчасти вымиравших, впоследствии, разновидностей, и если бы при том можно было постигнуть те условия, которыми это развитие и разветвление в разных случаях вызывалось, то задача антропологии была бы достигнута и самопознание человека сделало бы громадный шаг вперёд. Задача эта, однако, настолько громадная, а средства, имеющиеся для её разрешения, так скудны, что человечество, по всей вероятности, никогда не будет в состоянии разрешить ее вполне» (1880).
 
В понятие географии вкладывал чрезвычайно широкое содержание, подразделяя его на два больших раздела: общую географию, или общее землеведение, и частную географию, или страноведение. В области физической географии заложил основы отечественной лимнологии – науки об озёрах; разработал методику лимнологических исследований (1897). Изучив 35 озёр верховьев Западной Двины и Волги в экспедициях А.А. Тилло 1894–1895 гг. сделал вывод, что они своим происхождением обязаны скандинаво-русскому леднику, создавшему моренный ландшафт, так как «холмистый пересечённый рельеф местности и водонепроницаемость валунных глин и суглинков составляют весьма благоприятные условия для скопления здесь вод в форме озёр». Связав генезис озёрных котловин с моренно-холмистой поверхностью, классифицировал их по типам:
1) широкие, неправильных очертаний, лопастные, более или менее значительного размера, но сравнительно небольшой глубины;
2) длинные, узкие озёра более или менее значительной глубины;
3) значительно реже встречающиеся воронкообразные озера, то есть небольшие округленные и сравнительно глубокие.
Обнаружил закономерность в вертикальном распределении температур в озёрах: до известного уровня (4–7 м от поверхности) падение температуры совершается медленно, а затем на протяжении 2–3 м происходит быстрое падение, «скачок температуры» на 7–100.
Написал обобщающие работы по рельефу Европейской России «Рельеф поверхности Европейской России в последовательном развитии о нём представлений» (1894) и «Суша: краткие сведения по орографии» (1895). Современный рельеф земной поверхности сложился путём длительного воздействия на неё внутренних и внешних сил, в результате чего высокие части рельефа разрушаются и понижаются, а на низших происходит отложение осадков. Говоря о вертикальном расчленении суши, Д.Н. Анучин делит её поверхность на ряд ступеней. При этом различные части света имеют неодинаковое развитие тех или иных ступеней высот.
В начале 1900-х гг. перешёл к изучению особенностей режима рек Европейской России, с целью предсказания и своевременного предотвращения катастрофических последствий весенних разливов. По его инициативе Водомерная комиссия Санкт-Петербургской академии наук предприняла подробное исследование причин наводнения 1908 г. в Москве и на территории Европейской России в целом. Поддержал проект В.Г. Михайловского, предложившего создать в верхнем течении р. Москвы и на её притоках запасные резервуары, в которые бы собиралась весенняя вода и из которых эта вода могла бы пускаться, по мере надобности, в реку для поднятия её уровня. Идея была реализована созданием Канала имени Москвы с его системой водохранилищ. Положения Д.Н. Анучина легли в основу методики прогнозов весенних половодий на реках Европейской части РФ.
Один из основателей журнала «Землеведение» (1894).
 
Государственные награды: ордена – св. Владимира (III ст., IV ст.), св. Анны (II ст.).
 
Награды иностранных государств: орден «Почётного легиона/Ordre national de la Légion d'honneur» (Французская Республика).
 
Основные труды: «Антропоморфные обезьяны и низшие типы человечества» (1874), «Материалы по антропологии восточной Азии, I. Племя айнов» (1876), «О некоторых аномалиях человеческого черепа и преимущественно об их распространении по расам» (1880), «Антропологические очерки» (1880), «О древнем луке и стрелах» (1881), «Антропология и этнография. Научный обзор» (1885), «О некоторых формах древнейших русских мечей» (1886), «К древнейшей истории домашних животных в России. О некоторых своеобразных каменных изделиях из Сибири» (1886), «О древних искусственно-деформированных черепах, найденных в пределах России» (1887), «О географическом распределении роста мужского населения России по данным о всеобщей воинской повинности в империи за 1874–1883 гг., сравнительно с распределением роста в других странах» (1889), «О задачах русской этнографии. Несколько справок и общих замечаний» (1889), «К истории ознакомления с Сибирью до Ермака. Древнее русское сказание “О человецех незнаемых в восточной стране”. Археолого-этнографический этюд» (1890), «Сани, ладья и кони, как принадлежность похоронного обряда. Археолого-этнографический этюд» (1890), «О судьбах Колумба, как исторической личности и о спорных и тёмных пунктах его биографии. О портретах Колумба» (1894), «Новейшее изучение озёр в Европе» (1895), «Воды суши» (1896), «Верхневолжские озёра и верховья Западной Двины. Рекогносцировки и исследования. 1894–1897» (1897), «К истории искусства и верований у Приуральской чуди. Чудские изображения летящих птиц и мифических крылатых существ» (1899), «А.С.Пушкин. Антропологический эскиз» (1899), «О культуре Костромских курганов и особенно о находимых в них украшениях и религиозных символах» (1899), «Беглый взгляд на прошлое антропологии и на её задачи в России» (1900), «О задачах и методах антропологии. Речь на съезде Общества русских врачей» (1902), «Доисторическая Москва» (1909), «География XVIII в. и Ломоносов» (1912), «Происхождение человека и его ископаемые предки» (1912), «К вопросу о древнейших людях» (1916), «Румыния и румыны» (1917), «К вопросу о белорусской территории» (1918), «Открытие огня и способы его добывания» (1922), «Происхождение человека» (1922), «Афганистан» (соавт., 1923), учебные пособия «Древняя география. Лекции» (1887), «Конспект лекций по физической географии» (1904), «Основные сведения по математической географии. Лекции»; «Антропологический музей Московского университета» (1908), «География в Московском университете за первое столетие его существования» (1917), «Воспоминания о Григории Ефимовиче Щуровском» (1918).
 
Память. Его имя присвоено Антропологическому музею МГУ (1923) и Научно-исследовательскому институту и музею антропологии МГУ (1950).
Постановлением Совета министров СССР №2982 от 10 августа 1948 г. «Об увековечении памяти Д.Н. Анучина» установлена премия имени Д.Н. Анучина, присуждаемая ежегодно за лучшую опубликованную работу по географии, выполненную учёными Московского университета.
В 1948 г. в МГУ учреждена стипендия имени Д.Н. Анучина для студентов географического факультета.
В Музее землеведения МГУ на 24 и 26 этажах установлены скульптурные портреты учёного (скульптор А.В. Присяжнюк).
На доме, где Д.Н. Анучин жил с 1911 по 1923 г., открыта мемориальная доска с его именем (Хлебный пер., 6).
На географической карте именем Анучина названа гора на Северном Урале, остров и пролив в Малой Курильской гряде, ледник на хр. Сунтар-Хаята.
 
Литература: Алымов С.С. Дмитрий Николаевич Анучин: «Естественная история человека в обширном смысле этого слова» // Выдающиеся отечественные этнологи и антропологии ХХ в. – М., 2004; Ефимова С.Г. Д.Н.Анучин – собиратель русской науки; Карпов Г.В. Д.Н.Анучин. 1843–1923. Серия «Замечательные учёные Московского университета» (1962).
***
 
Реконструкция рабочего места Д.Н. Анучина в Музее антропологии
Антропологическая экспозиция в ГИМ, где Д.Н. Анучин вёл занятия со студентами