Крупным планом: Медицинский факультет

МЕДИЦИНСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ, один из трёх (наряду с философским и юридическим) системообразующих факультетов Московского университета, созданных по плану М.В. Ломоносова–И.И. Шувалова в 1755 г.
 
В условиях постоянных войн, которые вела Российская империя в середине XVIII – начале XX вв. врачебные специальности были крайне востребованы, и медицинский факультет был самым крупным, соперничая временами только с юридическим. Ни разу не коснулись его «ввиду крайней потребности в медиках» появлявшиеся время от времени распоряжения власти о регулировании и ограничении числа студентов на всех факультетах. И срок обучения на нём был самым длительным – 4–5 лет, после чего выпускники получали диплом «лекаря».
Показательно, что первый в России закон об учёной степени, положивший начало формированию системы государственной аттестации, относился к медицине. Им стал указ Екатерины II «О предоставлении Московскому университету права давать докторскую степень обучившимся в оном врачебным наукам» (1791). Первая докторская диссертация в соответствии с указом была защищена в стенах Московского университета физиологом Ф.И. Барсуком-Моисеевым (1794, «De respiratione/О дыхании» – её уникальный экземпляр хранится в Центральной научной медицинской библиотеке 1-го Московского государственного медицинского университета имени И.М.Сеченова).
Огромную роль в развитии медицинского факультета сыграл первый Устав Московского университета 1804 г. С этого времени факультет становится всероссийским центром аттестации врачей. Известно, что в 1803 г. для обучения врачебной науке на казённом содержании были отправлены в него 12 закавказских дворян с целью подготовки медицинских чиновников для Грузии.
Факультет значительно укрепил свою практическую базу в 1845 г., когда в его состав влилась Московская медико-хирургическая академия, располагавшая зданием на Рождественке, больницей и прекрасной библиотекой. Здания передавались для размещения университетских клиник.
 
К концу XIX в. подразделения медицинского факультета оказались разбросаны по всей Москве. И не удивительно, что начали высказываться идеи о создании на новой территории специального комплекса клиник в соответствии с новыми научно-технологическими стандартами. Очень кстати университет получил ряд крупных пожертвований от российских промышленников и благотворителей, позволивших ему частично профинансировать строительную программу. Территорию между улицами Большой Царицынской и Погодинской, а также значительную денежную сумму выделила Московская городская дума. Инициатором и организатором строительства новых клиник на Девичьем поле стал Н.В. Склифосовский, выдающийся военно-полевой хирург, участник австро-прусской и франко-прусской, балканской и русско-турецкой войн. Так появилось Девичье поле – медицинский городок Московского университета, распланированный и застроенный архитектором К.М. Быковским. Сегодня комплекс университетских клиник уже на Большой Пироговской ул. занимает 1-й Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова.
 
 
Студенты-медики у корпуса Детской больницы имени М.А.Хлудова
Общий вид Девичьего поля
 
Со дня основания университета профессора и преподаватели работали практикующими врачами, приходили на помощь городу в борьбе с различными эпидемиями, как было при нашествии чумы (1770–1773), холеры (1848), тифа (1865). Они стали героями Отечественной войны 1812 г., Крымской войны и обороны Севастополя (1853–1856), русско-турецкой (1877–1878), русско-японской (1904–1905) и Первой мировой войны (1914–1918).
Во времена Первой мировой врачи находились не только на фронте – университет открыл в стенах общежития городской лазарет для раненых. Студенты работали братьями милосердия, санитарами, врачами-ординаторами и фельдшерами. Они также обучали выздоравливающих грамоте, занимали их мелким ручным трудом вроде плетения корзин, вязания шерстяных изделий, и резьбы по дереву, проводили экскурсии по Москве.
 
Достижения профессоров и выпускников факультета вписаны золотом в летопись отечественной медицины. Их имена носят улицы и медицинские учреждения Москвы: «Боткинская», «Склиф», «Филатовская», Россолимо, Пироговка…
Известные доктора М.Я. Мудров и Г.А. Захарьин имели большую частную практику и пользовались безграничным врачебным авторитетом. Много сделал для города гигиенист Ф.Ф. Эрисман, организатор санитарно-эпидемиологических обследований более 1000 фабрик и заводов Московской губернии (1879–1885).
Физиолог и хирург В.А. Басов успешно провёл первую в России трахеотомию (1851). На лекциях использовал разработанные им таблицы, демонстрирующие повреждённые органы, муляжи, препараты; проводил опыты на животных.
Хирург Ф.И. Иноземцев впервые в России применил при операции эфирный наркоз (1847). «Антихолерные капли Иноземцева» (1853) использовались при лечении желудочно-кишечных расстройств до середины XX в. Он одним из первых соединил обучение студентов практическим навыкам с теоретической подготовкой. Его слушатели стали выдающимися врачами своего времени: Н.И. Пирогов, основоположник военно-полевой хирургии, нового научного направления – топографической анатомии, русской школы анестезии; основатель российской физиологической и психологической школы И.М. Сеченов; знаменитый эпидемиолог С.П. Боткин, организатор женского медицинского образования (1876), инициатор создания службы санитарных карет, прообраза современной «Скорой помощи».
Основоположник детской педиатрии Н.Ф. Филатов и микробиолог Г.Н. Габричевский впервые использовали для лечения дифтерии разработанную ими сыворотку (1894).
Л.Л. Лёвшин организовал первый в России Институт для лечения раковых и злокачественных опухолей, построенный на пожертвования промышленников Морозовых. В его создании принимали участие также многие профессора, в том числе, физик П.H. Лебедев, химик H.Д. Зелинский, биохимик В.С. Гулевич. А первые препараты радия были подарены институту лично супругами Марией и Пьером Кюри. Показательно, что в 1913 г. гласный Московской городской думы Н.М. Кишкин, сам выпускник медицинского факультета (1889), обратился к городскому управлению с указанием на огромное значение радия в клиническом лечении раковых заболеваний. Он обратил внимание на предпринятые В.И. Вернадским изыскания залежей радия в России и предложил Думе ассигновать 20 тыс. рублей на работы Вернадского в этом направлении. После Октябрьской революции 1917 г. институтом руководил П.А. Герцен, внук писателя и философа А.И. Герцена. Ныне это Московский научно-исследовательский онкологический институт имени П.А. Герцена Министерства здравоохранения РФ – одно из ведущих научных и лечебно-профилактических учреждений онкологического профиля в стране.
Выдающиеся невропатологи и психиатры А.Я. Кожевников, С.С. Корсаков, В.П. Сербский изменили взгляд общества на природу душевных болезней, распространили гуманистический подход к психическим больным.
Нельзя не упомянуть классика русской литературы А.П. Чехова, выпускника факультета (1884), успешно сочетавшего работу уездного врача с писательством.
 
 
На семинаре Н.Н. Бурденко
На лекции А.В. Мартынова
 
Советский период начался для медицинского факультета 28 февраля 1917 г., когда на лекции по физиологии экстраординарного профессора П.Г. Статкевича, политически грамотный студент Г.Н. Каминский объявил о том, что в Петрограде свершилась революция.
Новая власть очень нуждалась в медиках – строго говоря, она массово нуждалась во всех специалистах. Поэтому одним из первых её декретов по высшей школе стал известный декрет от 2 августа 1918 г. «О правилах приёма в высшие учебные заведения РСФСР» и постановление «О преимущественном приёме в высшие учебные заведения представителей пролетариата и беднейшего крестьянства». Устанавливалось, что каждое лицо, независимо от гражданства и пола, достигшее 16 лет, могло стать слушателем любого высшего учебного заведения без представления диплома, аттестата или свидетельства об окончании средней или какой-либо иной школы. Воспрещалось требовать от поступающих какие бы то ни было удостоверения, кроме удостоверения об их личности и возрасте.
В результате в 1920 г. из 26 934 студентов университета половина училась на медицинском факультете – 13 337 человек, для сравнения: в 1917 г. из 6888 студентов – медиков было 2367. А когда в 1921 г. были введены некоторые ограничения в правилах приёма, учитывающие классовый состав и возраст абитуриентов (от 18 до 30 лет), медицинский факультет принимал на назначенные ему вакансии всех окончивших рабочие факультеты вне всяких ограничений по возрасту.
Напряжённая ситуация в стране приводила к тому, что власть, одной рукой давая, другой – тут же всё отбирала. 31 марта 1919 г. был издан Декрет СНК РСФСР о немедленном призыве на практическую работу всех студентов-медиков V курса. Ускоренный выпуск специалистов, за счёт сжатия сроков обучения пятикурсников практиковался весь 1920 г. А в начале этого года на военно-санитарную работу были мобилизованы и студенты I и II курсов. Они работали санитарами, дезинфекторами, медицинскими братьями и сестрами на эвакопунктах московских вокзалов, в инфекционных госпиталях.
На фронтах Первой мировой и Гражданской войн свой врачебный долг выполняли профессора И.П. Алексинский, П.Б. Ганнушкин, П.А. Герцен, А.В. Мартынов. Нелегко приходилось и тем, кто в хаосе, голоде и разрухе, нетопленных и переполненных аудиториях пытался сохранить и передать свет знаний молодому поколению новой республики. С первых лет Советской власти приняли участие в восстановлении и развитии отечественной науки многие профессора и выпускники медицинского факультета, среди которых Н.Н. Бурденко, М.П. Кончаловский, Т.П. Краснобаев, С.И. Спасокукоцкий, А.Н. Сысин.
 
На Россию обрушились тяжёлые пандемии сыпного, возвратного и брюшного тифа, малярии, дизентерии, туберкулёза и «испанской болезни», молниеносно распространявшиеся из-за разрухи, низкого уровня гигиены, отсутствия квалифицированных специалистов и медикаментов.
Особенно свирепствовал сыпной тиф.
«На Москву надвигается эпидемия сыпного тифа. Опасность так близка и так серьёзна, что даже совет районных дум решил озаботиться о предупредительных мерах. Меры немногочисленные. Пока сделано только “представление” командующему войсками о том, чтобы он постарался прекратить начавшийся мор. Но как? Чудодейственного штыка тут окажется недостаточно. Нужны врачи, лазареты. А с тем и другим в столице дело обстоит из рук вон плохо»[1].
 
Начавшись глубокой осенью 1918 г. и достигнув своего высшего развития в апреле 1919 г., пандемия сыпного тифа продолжалась до 1921 г. Главный корпус и заразные бараки клиники детских болезней на Девичьем поле были отданы для сыпнотифозных больных, а в январе 1920 г. при клиниках был открыт специальный барак.
 
В то время как врачи самоотверженно сражались на фронте и в тылу за жизни соотечественников, «в верхах» стали зреть планы по реформированию медицинского образования. 15–18 июня 1918 г. в Москве прошёл Всероссийский съезд медико-санитарных отделов Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Было принято решение о создании центрального медицинского органа для руководства всем медико-санитарным делом в РСФСР – Народного комиссариата здравоохранения (Наркомздрав, НКЗ). Молодое государство начало с инвентаризации и классификации, доставшегося ей наследства Российской империи.
В области высшего образования появилась идея укрупнить высшие учебные заведения на основе объединения их профильных факультетов. Так в Москве появились 1-й МГУ (собственно Московский государственный университет), 2-й МГУ (бывшие Высшие женские курсы, организованные проф. В.И. Герье) и 3-й МГУ (бывший университет имени А.Л. Шанявского).
Медицинские факультеты пока не трогали. Трудно было в одночасье разобраться с запутанной системой лабораторий, больниц и клиник, принадлежащих многим вузам, и не самое разумное – реформировать подготовку медицинских кадров в воюющей стране. Наоборот, в МГУ факультет был усилен актуальными в сложившейся ситуации кафедрами – хирургии челюстей и полости рта с одонтологической клиникой (1919, Г.-З.И. Вильга) и туберкулёза (1921, В.А. Воробьёв).
В августе 1920 г. состоялся I Всероссийский съезд по медицинскому образованию. В его работе участвовали профессора медицинского факультета В.С. Гулевич, П.А. Минаков и Д.М. Российский. Съезд принял решения о переходе на 6-летнее медицинское образование и о существенном изменении учебных планов. Будущие врачи должны были прослушать курсы общественных наук, биологии, инфекционных болезней, физической химии, элементов высшей математики, социальной гигиены, психологии, рентгенологии. Подчеркивалась необходимость расширения преподавания профилактических дисциплин. Подготовку студентов предполагалось сделать трёхступенчатой: сначала обучать естественно-историческим и социальным наукам, затем – осуществлять общемедицинское образование и знакомить со специальными медицинскими дисциплинами, и, наконец, перейти к углублённому изучению специальных клинических дисциплин.
Особая роль в этих планах отводилась специальным кафедрам социальной гигиены, которые должны были связывать воедино профилактическую и лечебную медицину. В МГУ эту кафедру, созданную в 1922 г., возглавил народный комиссар здравоохранения Н.А. Семашко.
С окончанием Гражданской войны потребность в гипертрофированном выпуске медицинских работников отпала, и количество студентов постепенно стало снижаться на общем фоне уменьшения численности всех обучающихся.
 
Мирное время поставило в повестку дня также вопрос о типах специалистов, выпускаемых факультетами. Университет определил своего выпускника как участкового врача, поскольку к середине 1920-х гг. основными задачами медиков стали борьба за оздоровление среды и предупреждение болезней, связанных с условиями труда и быта.
В соответствии с запросом общества в составе факультета появились кафедры инфекционных болезней (1923, М.П. Киреев), экспериментальной гигиены (1924, А.Н. Сысин), школьной гигиены (1926, А.В. Мольков). В учебный план были включены курсы по преподаванию физической культуры (1925). Показательно, что общеклиническая амбулатория (Д.М. Российский) медицинского факультета провела первую в истории МГУ диспансеризацию студентов, сотрудников, рабочих и служащих (1927).
 
Политика «широко открытых дверей» для трудящихся масс, переосмысление задач и целей медицинского образования заставили уделить пристальное внимание методологии преподавания. На тысячи студентов приходилось не более сотни профессоров, проблемой было отсутствие учебников.
Под разными предлогами предпринимались попытки отменить систематические курсы лекций и заменить их занятиями на семинарах и в лабораториях. Преподавание клинических дисциплин максимально приблизилось к повседневной работе клиник. В их амбулаториях, лабораториях, палатах студенты стали в течение установленного срока работать с 1926 г. Для перешедших на V курс была впервые введена двухмесячная летняя производственная практика при участковых сельских больницах. А с 1928 г. летнюю практику начали проходить и студенты, перешедшие на IV курс.
Чуть позже появилось другое нововведение – непрерывная производственная практика. На I курсе студенты во время учебы исполняли обязанности санитара, на II – помощника медицинской сестры, на III – среднего персонала, а на IV – практиканта в лечебно-профилактическом учреждении. Её целью была максимальная подготовка выпускника к исполнению профессиональных обязанностей. Уклон в практику резко сократил время, отпущенное на теорию.
Новые формы организации учебного процесса назывались «активным методом преподавания». По аналогии с промышленным производством студенты делились на «бригады», совместно разбирали теоретический материал, работали в лабораториях и отчитывались также коллективно. Контроль знаний основывался на опросе представителя «бригады», и оценка, полученная им, выставлялась всем её членам. Профессорам и доцентам отводилось общее руководство. Представители всех факультетов, в частности, декан медицинского факультета А.И. Абрикосов выступал перед студентами. Но под лозунгом «Сломим сопротивление “традиционных” профессоров» бригадно-лабораторный метод в широком масштабе был введён в практику преподавания в 1930 г. и просуществовал 2 года.
 
В конце 20-х гг. ломка старого и формирование нового сопровождались (при поддержке «сверху») непрекращающимися нападками на университеты, как на центры, отжившие своё время, как рутинные косные учреждения, растерявшие мобильность и связь с требованиями общества.
В марте–апреле 1930 г. медицинский факультет был выделен со всеми клиниками, больницами и другими вспомогательными научными учреждениями из состава МГУ. Университет лишился и новенького, построенного в 1928 г., пятиэтажного Анатомического института. На этой солидной материальной базе был образован 1-й Московский медицинский институт Наркомздрава РСФСР, первыми студентами которого стали более 1700 университетских медиков. Современное название – 1-й Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова Министерства здравоохранения РФ.
 
Газета «Первый университет». 1927. 7 ноября
 
Академиками и членами-корреспондентами АН СССР  были избраны 15 выпускников факультета (в том числе академиками – 8 человек).
 
В 1992 г. медицинские специальности вернулись в систему университета. В МГУ был создан факультет фундаментальной медицины.

[1] Поиск. 2018. №4. 26 янв.; Газета для всех. 1918. 2 февр.
 
***