ЭС: А.Н.Несмеянов

НЕСМЕЯНОВ АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ (28.08.(9.09.)1899, Москва – 17.01.1980, Москва), химик, ректор МГУ.
 
Окончил физико-математический факультет Московского университета (1922). Ученик Н.Д. Зелинского.
Доктор химических наук (1934, без защиты диссертации). Доцент (1930). Профессор (1934).
Президент (1951‒1961); академик отделения химических наук (органическая химия) (1943, член-корреспондент с 1939) АН СССР.
 
Декан (1944–1948); заведующий кафедрой органической химии (1944–1978) химического факультета.
Ректор (1947–1951).
 
Научная и педагогическая деятельность. В сфере научных интересов элементоорганическая химия, синтетические пищевые продукты.
А.Н. Несмеянов поступил в Московский университет в те дни, когда страна переживала острый политический кризис – крушение многовековой российской монархии и попытки установления новой власти.
«Выпускной экзамен на аттестат зрелости должен был проходить весной 1917 г., он был повсеместно отменён, и мы получили голубые аттестаты “даром”. Получив аттестат зрелости, я подал его вместе с прошением о зачислении на естественное отделение физико-математического факультета весной 1917 г., после Февральской революции. Сомневаться в приёме не приходилось: не отказывали никому. Вступительных экзаменов в университет и какого-либо конкурса не было, так что я уже весной приобрёл студенческую фуражку и гордо ходил в ней всё лето. В сентябре начались занятия, я с благоговением вошёл под старые своды на Моховой».
 
А.Н. Несмеянов был одним из крупнейших химиков-органиков XX в. Он выполнил ряд основополагающих работ по теории строения и реакционной способности органических соединений и создал новую дисциплину, лежащую на границе неорганической и органической химии, которая, по его предложению, получила название «химия элементоорганических соединений». В 1929 г. А.Н. Несмеянов открыл реакцию получения ртутьорганических соединений разложением двойных диазониевых солей и галогенидов металлов.
«Я взялся за эксперимент. После ряда ошибок и разочарований мне удалось разработать совершенно оригинальный метод получения ртутьорганических соединений – таким путём их никто не получал. Это и был тот диазометод синтеза ртутьорганических соединений, который затем шаг за шагом в течение многих лет я распространяю с большим или меньшим успехом на синтез металлоорганических соединений сурьмы, олова, свинца, таллия, висмута, тот самый метод, который открыл мне все дороги в науку».
 
В природе такие элементоорганические соединения встречаются редко и являются, главным образом, продуктом синтеза: углерод в этих органических веществах непосредственно не связан с атомами водорода, кислорода, серы, азота или галогенов. Эти новые соединения подразделяют на борорганические, кремнийорганические, фторорганические и металлорганические. Работы учёного в этой области принесли ему славу и признание не только в нашей стране, но и в мире.
А.Н. Несмеянов и его выдающийся однокурсник К.А. Кочешков, отойдя от классической тематики Н.Д. Зелинского (синтез и каталитические превращения углеводородов), начали совместно развивать химию элементоорганических соединений. Много лет проработали они в тесном научном содружестве. Под их руководством изучались свойства элементоорганических соединений олова, ртути, сурьмы, мышьяка, магния, золота. Создавались новые методы синтеза ацетиленовых, этиленовых, парафиновых и циклопарафиновых углеводородов; кислородсодержащих гетероциклических производных; циклических структур, присутствующих в белковых молекулах. На этой основе были получены термостойкие изоляционные материалы для электротехники, химические средства борьбы с сельскохозяйственными вредителями, новые медикаменты, средства улучшения горючего для транспорта и многие другие ценные продукты. С 1952 г. получила развитие новая область – химия сэндвичевых соединений переходных металлов. А.Н. Несмеянов многое сделал для исследования металлоорганических соединений нового типа на основе железа и других металлов, в частности производных ферроцена.
Во многом благодаря этим исследованиям элементоорганическая химия развилась и оформилась в специальный раздел органической химии, и на кафедре была создана крупная школа элементооргаников.
В начале 1960-х гг. журнал «Тайм» напечатал короткую заметку о получении дрожжей из углеводородов нефти и о возможной роли этих дрожжей как источника пищевого белка. А.Н. Несмеянов сразу понял перспективность и масштабность этого направления и инициировал исследования по возможности создания синтетических пищевых продуктов. Работа началась не только на кафедре, но и в Институте микробиологии АН СССР (Н.Д. Иерусалимский, Г.К. Скрябин).
Директор Института органической химии АН СССР (1939–1954). Директор Института элементоорганических соединений АН СССР (1954–1979).
 
Лауреат Ленинской премии за цикл исследований в области элементоорганических соединений (1966).
Лауреат Государственной премии СССР за исследования в области металлоорганических соединений, опубликованных в серии статей («О взаимодействии диазоуксусного эфира с хлорным оловом и хлорным железом», «Из области ртутьорганических соединений», «О реакции нитрозо-соединений с окисью азота») и в монографии «Синтетические методы в области металлоорганических соединений ртути» (1943).
Награждён Большой золотой медалью имени М.В. Ломоносова за совокупность работ в области химии (АН СССР, 1961).
Награждён золотой медалью имени Д.И. Менделеева за цикл работ в области металлоорганических соединений и получения продуктов питания из нетрадиционных источников (АН СССР, 1976).
 
 
А.Н. Несмеянов и Т.П. Толстая готовятся к лекции
А.Н. Несмеянов читает лекцию
Высокую оценку слушателей заслужило и его лекторское мастерство.
«В 1944 г. Александр Николаевич стал читать лекции по курсу “Строение органических соединений”. Это был особенный курс. В результате достижений в физике атомов, квантовой механики наступила пора нового качественного скачка в химии. Становилось возможным более глубокое познание причин течения органических реакций, предвидение необходимых условий их проведения. Нелёгкий курс, ещё находившийся в стадии становления, Александр Николаевич раскрывал с изящной простотой. Поучительны были эти лекции и с другой стороны – они способствовали формированию творческого мышления. Обсуждая ту или иную реакцию, он как бы обращался к аудитории: “Давайте порассуждаем, почему течёт эта реакция в данном направлении, какие следствия вытекают из наших рассуждений, что согласуется с опытом и что ему противоречит”» (М.А. Прокофьев).
 
«Мне не доводилось слышать лекций по органической химии более блестящих по форме и совершенных по существу. Он считал чтение лекций студентам своей первейшей обязанностью, к лекциям был всегда тщательно подготовлен, был пунктуален, ответственен в самом лучшем смысле этого слова. Большая химическая аудитория в Старом здании МГУ всегда была переполнена. Сидели студенты II и III курса, для которых читались лекции, преподаватели кафедры, слушавшие его не по обязанности, а с искренним интересом, и, наконец, масса пришедших со стороны сотрудников других химических учреждений Москвы.
Александр Николаевич первым делом спрашивал, какие опыты будут демонстрироваться, и интересовался подробностями лекционного эксперимента. Он очень любил, чтоб на лекции было поставлено побольше интересных красивых опытов. Лекции были по средам и субботам и начинались в 9 утра.
Это была именно сама непринуждённость, свободно текущий рассказ о нашей науке, с необходимыми отступлениями, со сдержанными, в стиле английского юмора остротами, с выражением своих научных симпатий и антипатий, со скрытым, но заметным для близких его сотрудников показом своих вкусов в науке. Он никогда не создавал барьера между лектором и слушателем, не стеснялся на некоторое время задуматься при изложении сложной проблемы или даже исправить ошибку. Многократно все мы уговаривали его издать свои лекции. Но он неизменно отказывался, отвечая, что то, что им говорится, в печатном виде будет выглядеть плохо. Думается, что в какой-то мере он был прав: трудно было передать на бумаге всё своеобразие его лекций» (Н.К. Кочетков).
 
Административная деятельность. А.Н. Несмеянов был связан с университетом со студенческих лет за исключением периода 1938–1944 гг., когда он заведовал кафедрой органической химии в Московском институте тонкой химической технологии. С этой позиции он был приглашён проректором МГУ В.И. Спицыным на должность декана химического факультета.
«Так как штат деканата был со стажем и опытный, то я не предвидел для себя в этом отношении большой работы. В то время организационная сторона работы химфака находилась в административном подчинении Научно-исследовательского института химии, и эта сторона научного бюрократизма меня не касалась. Реальное научное руководство осуществлял каждый заведующий лабораторией. Я хотел сосредоточиться на том, чтобы “пробить” вопрос о строительстве. Ещё до войны при декане А.В. Раковском для строительства химфака был отведён участок по левой стороне ул. Герцена, примыкавший к гуманитарному крылу “нового здания” МГУ (ныне здание факультета журналистики). Существовал и проект постройки, но к этому времени вместо нового здания химфака на этом участке было построено здание телефонной (или понизительной?) станции. Мы подсчитывали наши потребности в расчёте на 250 человек приёма и на хороший размах научной работы, и это было что-то около 300 тыс. м2».
 
Эти расчёты велись в рамках, разрабатывавшихся ещё до войны, планов по реконструкции МГУ. В 1945 г. А.Н. Несмеянов вместе с другими профессорами подписал письмо на имя И.В. Сталина о необходимости разработки перспективного плана развития университета, для чего совершенно неотложным делом является строительство новых учебных корпусов университета и закрепления для этой цели постоянных земельных участков. Решение проблемы затягивалось, однако на уровне правительства внимание к университету росло. Послевоенный мир признал науку одной из решающих победных сил, и задача укрепления университетов стала одной из первоочередных.
Расклад объективных и субъективных сил в конце 1940-х гг. сложился таким образом, что ректором МГУ был назначен А.Н. Несмеянов.
«Меня пригласил С.В. Кафтанов, министр высшего образования, и настоятельно предложил быть ректором Московского государственного университета. Когда я стал отказываться, он дал мне понять, что делать этого не следует, да и моё сопротивление не было безусловным, так как существовала мечта о строительстве нового здания МГУ, и я взялся за новые обязанности».
 
А.Н. Несмеянов проработал в должности ректора почти 3,5 года – с 31 декабря 1947 г. по 18 мая 1951 г. С его именем, прежде всего, связана организация нового строительства Московского университета. В этот раз задачу удалось решить. С помощью Ю.А. Жданова, имевшего прямой выход на И.В. Сталина, МГУ, в соответствии с постановлением Совета министров СССР №803 от 15 марта 1948 г., получил возможность начать строительство новых зданий на Ленинских горах.
«Исходя из давно подсчитанных мною с М.А. Прокофьевым необходимых площадей для химфака и “по укрупнённым показателям”, пропорционально увеличивая кубатуру, легко было ориентировочно определить нужды МГУ. Так как цифры получались достаточно внушительными, то решили не рассчитывать их пока на гуманитарные факультеты МГУ, им с избытком хватило бы оставленных на Моховой зданий. Полученное таким образом огромное число (1600 тыс. м3) и было внесено в краткую записку-просьбу на имя Сталина».
 
А.Н. Несмеянов лично выбирал площадку для строительства. Под его руководством шло само строительство, решались вопросы планировки и предназначения отдельных помещений, в том числе блоков общежития, вопросы художественного оформления зданий и внутреннего пространства. Уже в самом начале проектных работ была создана центральная комиссия МГУ по оборудованию в главе с физиком А.С. Предводителевым и его заместителем химиком А.В. Киселёвым, поскольку физический и химический факультеты являлись главными потребителями современной аппаратуры и технических новинок. Надо отметить, что по вопросам строительства новых зданий было принято свыше 60-и постановлений Совета министров СССР.
25 января 1951 г. скончался президент АН СССР С.И. Вавилов; 16 февраля 1951 г. президентом АН СССР был избран А.Н. Несмеянов; 18 мая 1951 г. ректором МГУ назначен И.Г. Петровский.
К весне 1951 г., когда А.Н. Несмеянов покинул пост ректора, кирпичная кладка на центральной части Главного здания была доведена до 26 этажей. Облицовка корпуса велась уже на 16–17 этажах. На нижних этажах шли отделочные работы, выводились внутренние стены, укладывался паркет.
А.Н. Несмеянов выступал на торжественном митинге 1 сентября 1953 г., посвящённом открытию новых зданий МГУ, с поздравлениями от Академии наук СССР и, конечно, ему было предоставлено почётное право прочитать первокурсникам первую учебную лекцию.
 
В должности президента АН СССР А.Н. Несмеянов тоже успел многое сделать. Были построены десятки новых академических институтов, в том числе Институт научной информации (1952), Вычислительный центр АН СССР (1955), научный городок в Пущине под Серпуховым (1956), ставший, в своё время, научной площадкой для биологического факультета МГУ. Расширилась система филиалов и баз, в том числе заработало самое крупное региональное отделение – Сибирское, взявшее под контроль научное и промышленное развитие огромной части территории СССР (1957).
Среди выдающихся достижений советской науки того времени – строительство и запуск первой в мире атомной электростанции (1954, Д.И. Блохинцев; Обнинск); строительство и запуск самого крупного в мире ускорителя на энергию протонов 10 ГэВ (1957, В.И. Векслер, А.А. Коломенский; Дубна); разработка и выпуск первого отечественного реактивного гражданского самолёта ТУ-104 (1955, А.Н. Туполев); выдающаяся космическая программа, начавшаяся запуском первого искусственного спутника Земли (4 октября 1957 г.), серии космических кораблей к Луне (1958–1976), и имевшая своей кульминацией запуск 12 апреля 1961 г. пилотируемого корабля «Восток» с Ю.А. Гагариным на борту.
С 1959 г. был введён в действие новый устав академии – первый в её истории, который она утверждала самостоятельно. Это право было предоставлено ей Советом министров СССР, которому академия подчинялась и перед которым отчитывалась.
Международные связи академии наук вышли на качественно новый уровень – преобладающей формой взаимодействия стали научные обмены.
19 мая 1961 г. А.Н. Несмеянов был вынужден подать в отставку и был освобождён Общим собранием Академии наук СССР.
 
 
А.Н. Несмеянов ведёт заседание президиума АН СССР
А.Н. Несмеянов и Ю.А. Гагарин
Великая Отечественная война. В июле 1941 г. эвакуирован с Институтом органической химии АН СССР в Казань. Тематика института была перестроена на решение оборонных задач.
«Иногда это были наивные изыскания, такие как самовозгорающиеся жидкости для борьбы с танками. Чаще это были полезные и нашедшие практическое применение работы, как, например, клей И.Н. Назарова, применявшийся для склейки калибров взамен механического крепления, намертво склеивающий металл. Работали над получением тринитробензола – идеального взрывчатого вещества; “бальзамом” Шостаковского, который оказывал благотворное действие на заживление ран и ожогов. Занимались индикацией новых малоизвестных отравляющих веществ, применение которых противником было возможно. В моей лаборатории металлоорганических соединений шёл поиск более сильно действующих ядов и в 1942 г. было найдено вещество беспрецедентной силы, и мы с М.И. Кабачником полетели докладывать об этом в Москву».
 
Сессия ВАСХНИЛ 1948 г. На самой сессии А.Н. Несмеянов не присутствовал, но был вызван в ЦК КПСС и проинструктирован Г.М. Маленковым. Совет МГУ, под председательством А.Н. Несмеянова, собрался в сентябре для обсуждения итогов сессии и задач биологического факультета. Совет
«признал правильной критику, которой был подвергнут Московский университет и его биологический факультет на сессии ВАСХНИЛ, что на биологическом факультете МГУ долгое время занимали ключевые позиции агрессивные антимичуринцы – И.И. Шмальгаузен, Д.А. Сабинин, А.С. Серебровский, М.М. Завадовский, С.И. Алиханян, С.Д. Юдинцев и др. – последователи реакционного течения Вейсмана, Менделя и Моргана, которые вели борьбу против учения Мичурина и лучшего представителя и продолжателя этого учения академика Т.Д. Лысенко. Бывший декан (Юдинцев) биологического факультета при поддержке проректоров Спицына и Салищева и попустительстве бывшего ректора МГУ т. Галкина активно организовывали и проводили борьбу против передовой мичуринской биологической науки».
 
В свой адрес Совет записал, что он
«не проявил должной политической бдительности, не возглавил борьбу против реакционного идеалистического вейсманистского направления в биологической науке за передовое мичуринское учение – этот высший этап развития творческого дарвинизма. Совет считает, что мероприятия, частично проведённые и намеченные к проведению ректоратом университета и деканатом биологического факультета, а именно: очистка факультета от активных антимичуринцев, пересмотр учебного плана и программ с целью исключения из них тем, проповедующих реакционные менделевско-моргановские взгляды, пересмотр научных планов и исключение из них тем, оторванных от народно-хозяйственной практики, разъяснительная работа среди коллектива университета, являются первыми шагами коренной перестройки работы биологического факультета и университета в целом».
В заключительной части постановления Совет дал установку на перестройку «других факультетов университета в свете задач, вытекающих из итогов сессии ВАСХНИЛ (геолого-почвенный, филологический, физический и др.)».
 
Попытки противостоять лысенковщине предпринимались неоднократно – не одну сотню писем получили Секретариат ЦК КПСС, Совет министров СССР, и лично его председатель Г.М. Маленков.
А.Н. Несмеянов впервые открыто заговорил о необходимости реабилитации генетики на заседании президиума АН СССР 14 октября 1955 г., подчеркнув, что сессия ВАСХНИЛ сыграла отрицательную роль в развитии важнейших направлений биологической наук, наук, определяющих пульс биологии.
«Нужно, чтобы мичуринское направление развивалось как можно лучше и быстрее. Но оно не должно мешать другим направлениям исследований в биологии. Необходимы свободные дискуссии, основанные на доказательной научной аргументации, а в спорных случаях – экспериментальная проверка в условиях специально созданных комиссий, представляющих все мнения».
В это же время появилось «Письмо трёхсот», подписанное группой крупнейших советских учёных, представителей различных отраслей научного знания. Среди них было немало имён, связанных с Московским университетом – его выпускников и преподавателей. С текстом письма были ознакомлены и полностью его одобрили И.В. Курчатов и А.Н. Несмеянов, но как члены ЦК КПСС подписать его не могли. Н.С. Хрущёв назвал письмо «возмутительным».
Немногое, что получилось у А.Н. Несмеянова – это организация в Институте биологической физики АН СССР лаборатории радиационной генетики (1956, Н.П. Дубинин).
«Моя деятельность в отношении биологов сводилась к тому, чтобы спасти, что можно, и предупредить возможные выступления, за которыми неизбежно последовали бы новые жертвы».
 
Государственные награды: Герой Социалистического Труда (1969, 1979). Ордена – Ленина (1944, 1945, 1953, 1959, 1967, 1969, 1979), Трудового Красного Знамени (1949), Октябрьской Революции (1974), медали – «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» (1945), «За оборону Москвы» (1945).
 
Награды иностранных государств: орден «Кирилл и Мефодий/Кирил и Методий» (Народная Республика Болгария, I ст. ‒ 1969).
 
Основные труды: «Периодическая система элементов Д.И.Менделеева и органическая химия» (1959), «Избранные труды. В 4-х т.» (1959), «Магний, бериллий, кальций, стронций» (соавт., 1963), «Бор, алюминий, галлий, индий, таллий» (соавт., 1964), «Проблема синтеза пищи» (соавт., 1965), «Ртуть» (соавт., 1965), «Начала органической химии. В 2-х кн.» (соавт., 1969), «Исследования в области органической химии. Избранные труды 1959–1969» (1971).
 
Память. Его имя присвоено Институту элементоорганических соединений АН СССР (1980).
На здании химического факультета установлена мемориальная доска с его именем (1981).
РАН учредила премию имени А.Н. Несмеянова за выдающиеся работы в области химии элементоорганических соединений (1991).
Его имя носит одна из улиц Юго-Западного административного округа г. Москвы (1980).
 
Литература: Несмеянов Н.А На качелях ХХ в. – М., 1999; Несмеянова М.А. Свет любви. – М., 1999; Ильченко Е.В., Ильченко В.И. А.Н.Несмеянов – ректор Московского университета и президент Академии наук СССР. – М., 2013.
***
 
А.Н. Несмеянов и Б.М. Иофан с планом Главного здания МГУ
1 сентября 1953 г.
А.Н. Несмеянов и А.А. Ушаков на стройке